Дневниковые записи начала XX века

Они свидетельствуют о вну­тренней борьбе, которую мужчины вели с эмоциями ради со­хранения самоконтроля. Запрет на слезы привел к появлению новых условностей изображения: на фотографиях мы больше не увидим меланхолических мужчин, склонивших голову на руку. Теперь те, кто позирует, стоят прямо, глядя строго перед собой (на более поздних снимках мужчины улыбаются — раньше улыбка была атрибутом только женского фотопортрета). Итак, слезы, которые раньше считались признаком избран­ности и особой тонкости чувств, не свойственной низшим слоям общества, радикально меняют классовую атрибуцию. Журналы осмотра пациентов клиники нервных болезней при стокгольм­ском госпитале св. Серафима свидетельствуют о том, что сле­зы в первой половине XX века становятся основным языком страдания43. Большинство пациентов принадлежат к рабочему классу или низшим категориям служащих, в отличие от част­ных заведений, где клиентура была более привилегированной. Две трети больных, наблюдавшихся в клинике, — женщины. Причины нервозности тоже меняются: теперь это безработи­ца, бедность, развод. И плачут пациентки, судя по всему, тоже как-то иначе — отчаянно всхлипывая. Кажется, будто слезы — слова, при помощи которых они, за бедностью другого языка, пытаются выразить свои чувства. Врачам трудно оценить сте­пень страдания пациентов, так как они не могут выразить его словами. Нервозность окончательно лишилась своей ауры, нервного человека стали называть невротиком. Правда, для элиты со­хранилась небольшая безопасная ниша на возвышении, зато все остальные пали во мнении общества безвозвратно. «Нет ситуа­ции более безвыходной, чем та, в которой находится нищий и нервный человек», — пишет один из врачей в 1940 году. «Куда ему обратиться за помощью? Какой выход у него есть, кроме самоубийства, когда душой овладевает отчаяние?»

Добавить комментарий

Домашнее отбеливание зубов - это просто! А здесь можно решить проблемы потенции